Дело было на Кавказе. Группировка войск.
Как-то на общем совещании, командиров частей входящих в группировку войск, доблестные лётчики пожаловались:

— Мало нам информации разведывательной по зоне КТО, летаем, летаем и не знаем, есть под нами бандформирования али только спецподразделения!

— На хрена вам информация? — возмутился начальник штаба группировки. — И так вылетов плановых не добьешься, а как узнаете, что в районе бандюки, так у вас все винты загнутся . Хотя ладно, начальник разведки, обеспечьте наших крылатых братьев информацией.

Начальник разведки группировки озадачил этой проблемой спецназовского командира, тот, в свою очередь, командира спецотряд, который располагался как раз рядышком с авиабазой. Но забыл, однако, главный спецназовец, что задачу надо ставить конкретному человеку, а не передавать её комбату через полоумного лейтенанта, дежурившего в ту ночь по ЦБУ. Летёха всю ночь проиграл на компе в«Вольфштайна» и к утру забыл вообще всё на свете. Даже при смене наряда он попытался представиться агентом Блазковичем, за что был высмеян другим точно таким же летёхой, которому было на «Вольфштайн» наплевать. Новый дежурный заступил, сел за компьютер дежурного по ЦБУ и запустил «Казаков».

Ближе к 11 утра на КПП отряда появился изнывающий от жары офицер в лётной форме. Он потоптался на КПП и попытался "проникнуть" на территорию отряда, но был уличён и пойман "бдительным" дневальным- якутом. Через полчаса увещеваний и объяснений дневальный понял, что прибыл какой-то лётчик, но вот, зачем он прибыл, дневальный якутской национальности не понял.

— Скажите своему начальнику разведки, что прибыли лётчики за сводкой, — умолял офицер-летчик солдата.

— Ага, — сказал дневальный и, изнывая от жары, поплёлся к телефону.

Минут пять, смачно позёвывая, он крутил ручку телефона. Пока ручка крутилась, из головы напрочь улетучились сведения, которые необходимо было довести до дежурного. Наконец, он дозвонился, а у дежурного как раз «казаки» устроили бунт, поэтому дежурный малость нервничал.

— Ну, чё те, олень? — спросил он в трубу

Солдатик-якут вспомнил про оленей и замечтался, заулыбался.

— Э, ну, какого хрена молчишь! — заорал в трубу дежурный.

— Аааа, товарищ лейтенант, тут лётчики пришли за водкой,к начальнику разведки! — выпалил дневальный коверкая слова.

— Какой, нахрен, водкой? Лётчики? Им, че, у себя спирту мало что ли? — вскипятился дежурный. — Пошли его , нету у нас водки.

Дневальный пожал плечами и двинулся к лётчику.

— Нету у наса вообще, — сказал он с трудом выговаривая слова, — наверно, продали всё,ага.

Обезумевший лётчик открыл рот и решил зайти попозже. Попозже лётчик все-таки добился кое-каких результатов, дневальный дозвонился до дежурного, тот, в свою очередь, вызвонил нач. опера отряда, решив, что раз лётчики пришли за водкой и почему-то к начальнику разведки отряда, то нач. опер с этим как-нибудь разберется. Пришёл небритый начопер, одетый, несмотря на жару, в камуфлированную ШС (шапка спецназовская) и в великолепные ТТСы (трусы танковые синие).

Узнав, что пришли лётчики, да ещё за водкой, капитан, нач. опер отряда не пошёл напролом, а осторожно, по-разведчицки, однако, при посредстве дневального выяснил, что лётчик пришёл якобы с разрешения начальника разведки группировки!!!!!

— Ишь, ты! — подумал нач. опер, — дело-то нечисто, позвоню-ка я щас в вышестоящий штаб, своему направленцу и выясню, что за дела такие.

Дозвонившись до спецназовского дежурного, начопер осторожненько так поинтересовался, не было ли каких распоряжений на выдачу водки лётчикам.

Офигевший дежурный по отделу, как говорится в простонародье «фары не врубил», и тоже очень осторожно отмазался, дескать, я тока-тока заступил, щас будет шеф, поинтересуйся у него.

Капитан нач. опер на другом конце ЗАСовского аппарата здраво рассудил, что дальше ниточка тянется ещё выше, и решил, что необходимо доложить своему прямому начальнику, а если быть точнее, начальнику штаба. НШ в выслушал нач. опера и, чертыхаясь, поплёлся прозванивать начальнику спецназовского отряда. Командир спецотряда как раз сидел в кабинете и принимал доклады от подчиненных подразделений. А тут нате, в спецназовский отряд пришли лётчики, требуют водки и говорят, им начальник разведки группировки разрешил брать у спецназа водку.

— Знаешь-ка что, дружок, пусть комбат лучше перезвонит по этому вопросу самому начальнику разведки, я так понимаю, водка ведь дело личное, если лишняя есть, то дайте, но немного, я ведь вам приказать не могу…

Лётчик, стоявший на КПП отряда, устал ждать , плюнул на всё и ушёл к себе пить с горя спирт. Спецназовский комбат, узнав о том, что ему надо позвонить по поводу охамевших лётчиков самому Начальнику разведки группировки, незамедлительно схватил трубу, дозвонился и, негодуя, в цветах и красках расписал, как толпы обезумевших лётчиков осаждают КПП спецназовского отряда, требуя, умоляя и упрашивая дать им водки, прикрываясь при этом именем Начальника разведки группировки…

Начальник разведки обезумел и рыкнул в трубку:

— Водки лётчикам не ДАВАТЬ!!!!!

После этого дозвонился до командира авиабазы и высказал всё, что думает о лётчиках и их нравах.

Вечером на авиабазе всем, кто попался пьяным на глаза командиру, влепили строгача, в том числе и лётчику.ходившему за разведсводкой, опившемуся разбавленного спирта, а строгий командир сказал ему:

— Ты бы, майор, вместо того, чтобы спирт жрать, взял бы у спецназа разведсводку.

С утра полутрезвый майор, в восемь часов стоял на КПП отряда.

Давешний дневальный солдатик-якут, ещё не сменившийся, увидев лётчика, тут же покрутил ручку телефона и доложил давешнему же дежурному:

— Товарищ лейтенант, опять лётчики за водкой пришли.

А всему виной.....сложный русский язык.