Чё матюкаешься

иду как-то по улице. Вдруг ОП – ветер в спину подул. – Чей-то я давно не стригся — подумал
я и опрометчиво нырнул в ближайшую цирюльню. Маленькая такая, чуть больше коробки из-под телевизора. В очереди никого. Всего одно мужское кресло. В кресле спит мастер(ша) – девушка, совсем молоденькая, в ультракоротком мини.
— Можно?
— А %ули.
— ??????
— Садитесь, мужчина. Как хотим?
— Да, вот знаете, как-то вот так чтоб красиво и помолодеть лет на 10.
— Тогда «Веселый Роджер».
— Нет, знаете, из «Роджера» я, наверное, уже вырос. Как-нибудь… вот здесь и здесь.
— Уши оставляем?
И тут началось. Как художник у холста, это юное создание начало творить. Оно, то отбегало от меня метра на три и прищурившись оценивало содеянное, то кидалось на кресло размахивая ножницами и расческой. Пару раз под ее хрупким тельцем я чуть не выпал с кресла. Наконец она затихла.
— Ну, вот все и закончилось, где-то… я думаю…. – вот так. Посмотрите сзади достаточно.
— Как закончилось? А….
— Щас так модно.
— А вот здесь?
— Так все носят, мужчина!!!
И тут открывается дверь и заходит какая-то тетка.
— Танька, %б твою мать, ты шо делаешь?
— А %ули. Стригу. Вот — «Веселый Роджер».
— ТЫ??? СТРЕЖЕШЬ??? Какой %ля РОДЖЕР. Я тебе сказала посиди, подожди. Мужчина, успокойтесь, щас все исправим.
И она исправила, т.е. постригла меня еще раз. Волос не осталось вообще. Зато ровно и гладко.
Отрастал два месяца.

...Он за час до рассвета встает
И на цыпочках в кухню спешит.
Быстро моет посуду, пол трет,
Гладко бреется в полной тиши,
Варит кофе, оладьи печет,
Чтоб торжественно милой подать...

А в итоге ее будит кот,
Наблеваваший тюльпаном в кровать.

Едет в машине мама с сыном и, вдруг, в лобовое стекло влетает и отскакивает огромный фаллоимитатор. Мама притихла, сынок спрашивает:
— Ма, а че это было?
— Насекомое!
Сынок недоверчиво:
— А как оно с таким х*ем летает