У нас в ассортименте был один кот, муж , я и два младенца, строго следящих за тем, что бы не спать одновременно. Дедушки с бабушками интересовались нашей жизнью так же, как я интересуюсь жизнью кольчатых червей. Если и приходили, то посмотреть через стекло с табличкой "Это ваши дети. Та, что в мужских трусах - самка. Не спариваются, не едят, не спят. Если решите покормить (не решили), крошить сразу в рот".

Однажды дети сбились и заснули одновременно, мы через "камень-ножницы-бумага" определили кто идет спать, а кто жарить картошку. Разбудили соседи, у вас, говорят, дым из кухни валит.

Как-то я застряла в лифте, вызвала лифтера и попросила прийти вызволять меня попозже, мне надо выспаться.

Еще однажды я проснулась, посмотрела на мужа и спросила: "Ты кто?".

От недосыпа, я постоянно забывала, что хотела сделать. И тогда я решила с утра написать себе на бумажке важные дела. Естественно я тут же забыла куда положила бумажку и что там написала. Весь день у меня крутилось в голове, что я забыла сделать что-то важное. Поздно вечером нашла под подушкой ту записку. Там было написано: "Сходить в туалет". Встала и пошла.

Первые пару месяцев, когда кто-то спрашивал меня: "Когда родились дети". Я отвечала: "Подождите, у меня записано".

Что бы не перепутать кого из детей я кормила, а кого еще нет, я стала помечать их зеленкой. Вскоре я стала помечать зеленкой и кота, потому что он тоже научился у детей все время орать и ни хера не объяснять по какому поводу.

Когда уже два раза за день помеченный кот впился с воплем мне в ноги, я пошла ткнуть его мордой в корм. В миске была насыпана сырая гречка.

Однажды на автомате я так пометила мужа, когда тот доедал свой бутерброд. Пошел на работу как индус, с точкой между глаз.

Муж рассказывал, что во сне я часто говорила хнычущим детям: "чичичи скоро дам сисю". Однажды проснулась от того, что младенец ответил низким мужским голосом: "Ты только обещаешь".

У Спока в книге есть картинка "Как одновременно кормить близнецов" Там была нарисована женщина с младенцем в каждой руке. Голова ребенка лежала у нее на ладони и сосала грудь, весь остальной ребенок и рука женщины уходили куда-то за спину. Я даже потренировалась на двух пятилитровых канистрах воды. Канистры упорно отказывались так жрать. Кормила детей по-очереди.

У того же Спока муж прочитал на свою голову, что мальчики близнецы чаще других становятся геями. Успокоился только, когда в 4 классе увидел, как сын за 10 минут признался в любви двум девочкам.

Еще как-то вычитали, что очень важно, как ребенок во сне держит кулачки, где лежит большой палец - сверху или внутри кулачка. Оказывается есть большая разница и от этого что-то зависит (не помню уже что, но что-то, может быть даже вся жизнь). Мы, роняя тапки, бросились смотреть на детей. Дети спали, сложив все 4 кулачка в фиги.

Когда подруга родила третьего ребенка с небольшим перерывом между первым и вторым, да плюс собака, то на мой вопрос: "Как ты все успеваешь?" Ответила: "Когда у тебя один ребенок и собака взяла его соску, то ты отбираешь соску, промываешь ее в трех водах, потом два часа кипятишь и возвращаешь ребенку. Когда у тебя два ребенка и собака взяла соску, то ты отбираешь соску, облизываешь ее и возвращаешь ребенку. Когда у тебя трое детей и собака взяла соску, то это проблема ребенка, как отнять ее обратно".

Голова

О том, как трудна студенту- медику заиметь собственный череп

Если медик циничен в силу профессии, то первокурсник - еще и в силу возраста. Шик первокурсника не просто позавтракать в анатомичке, но желательно облокотившись на выпотрошенный труп. Так устанавливаются нормальные рабочие отношения с бренной людской плотью. А уж санитарить в морге - законная студенческая халтура. Своя бравада в каждом деле. Правила высшего уже тона, аристократического, рекомендуют студенту иметь дома череп. Не муляж, а настоящий; атрибут священного и древнего ремесла медицины. Как наглядное пособие он полезен, чтобы учить кости черепа, коих числом - непосвященные и не подозревают - сто двадцать семь. Одновременно он является изысканным украшением интерьера и хорош как подсвечник, пепельница, пресс-папье и чаша для вина на пьянках с обольщением девочек. Вещь в хозяйстве ценная. Он и денег стоит ощутимых.

Студент и деньги - вещи совместимые редко и ненадолго. И наш студент решил обзавестись сим необходимым предметом просто и бесплатно. Наш студент подрабатывал в анатомическом театре. Анатомический театр отличается от просто театра тем, что умершие от скуки во втором развлекают посетителей в первом. В чане с формалином, где плавали годами препараты, наш студент облюбовал подходящую бесхозную голову и в удобный момент ее выудил. Он аккуратно упаковал голову в полиэтиленовый пакет, обернул газетами и уложил в мешочек. И втихаря вынес. Через город в час пик путешествие с головой доставило своеобразные ощущения. В трамвае просили: да поднимите вы свою сетку, на улице интересовались: молодой человек, не скажете, где вы купили капусту; и тому подобное. Он снимал комнату в коммуналке, в общаге места не досталось. И дождавшись вечером попозже, когда соседи перестали в кухне шастать, он приступил к процессу.
Налил в кастрюлю воды, сыпанул щедро соли, чтоб ткани лучше отслаивались, погрузил полуфабрикат и поставил на плиту, на свою горелку. Довел до кипения, сдвинул крышку (можно списывать рецепт в книгу о вкусной и здоровой пище), полюбовался, и удалился к себе. Лег на диван и стал читать анатомию, готовиться к зачету. С большим удовольствием повторяет по атласу кости черепа.
Тем временем выползает по ночным делам соседка со слабым мочевым пузырем. Соседка - она любопытна по своей коммунальной сущности. Особенно неугомонна она до студента. А кого он к себе водит? А с кем он спит? А сколько у него денег? А что он покупает? А чего это он вдруг варит, на ночь глядя, да в такой большой кастрюле? он отродясь, голодранец, кроме чайника ничего не кипятил, по столовкам шамает. Оглядывается она, приподнимает крышку и сует нос в кастрюлю. И тихо валится меж плитой и столом. Обморок. Нюхнула супчику. Неожиданное меню.

Там и сосед вылезает, попить хочет, перебрал днем. Видит он лежащую соседку, видит кипящую кастрюлю, парок странноватый разносится. Что такое? Окликает соседку, смотрит в кастрюлю... А на него оттуда смотрит человечья голова. Дергается он с диким воплем, смахивает кастрюлю, шпарится кипятком да по ленинским местам, орет непереносимо, а кастрюля гремит по полу, и голова недоваренная катится. На этот истошный крик хлопают все двери - выскакивают соседи. И что они видят: Сосед выпученный скачет, как недорезанный петух, и вопит, как Страшный Суд. Соседка лежит промеж плитой и столом кверху задом, так, что на обозрении только ноги и немалый зад, а верха тела за ним не видно, заслонено. А на полу в луже валяется обезображенная, страшная голова. И все в ужасе понимают так, что это соседкина голова. И тут в пространстве гудит удар погребального колокола, и потусторонний голос возвещает:
- Это моя голова!.. Тут уже у другой соседки случилось непроизвольное мочеиспускание. Прочие посинели и воздух хватают. А это студент, сладко усыпленный анатомией, вздрыгнулся от кухонного шума, в панике чуя сердцем неладное тоже вылетел, в темноте коридора тяпнулся впопыхах башкой с маху об медный таз для варки варенья, который висел на стене до будущего лета, и в резонанс проорал упомянутую фразу не своим от боли голосом, искры гасил, которые из глаз посыпались. Хватает студент голову, дуя на пальцы кидает ее в кастрюлю, возвращает на плиту, материт всердцах честную глупую компанию. Соседу спускает штаны и заливает ожоги растительным маслом и одеколоном, остатками одеколона соседке трет виски и шлепает по щекам, она открывает глаза и отпрыгивает от него, людоеда, в страхе за людей прячется. Студент молит и объясняет. Соседи жаждут кары. Звонят в скорую - через одного плохо с сердцем. Ошпаренному особенно плохо на полметра ниже сердца. Обморочная заикается. Заикается, но в милицию звонит: а ну пусть разберутся, чья головушка-то!

...Обычно реакции медицины и милиции совпадают, но здесь разошлись решительно. Эскулапы валялись от восторга и взахлеб вспоминали студенческие развлечения; милиция же рассвирепела и приступила к допросу с пристрастием и даже применением физического воздействия: дал старшина анатому в ухо, чтоб вел себя потише и выглядел повиноватее. С гигантским трудом удержался он в институте, оправдываясь безмерной любовью к медицине и почтением ко всем ее древним традициям. Голова вернулась в анатомичку, студента же с работы в анатомичке выгнали, разумеется, с треском; и со стипендии сняли на весь следующий семестр. К слову уж сказать, зачет по анатомии он с первого захода завалил. Балда.